Виктор Солоха из д. Пустынь делится воспоминаниями об Афганской войне

Эта война никому не была нужна — ни афганцам, ни матерям, которые не дождались своих сыновей обратно, ни солдатам, которые вернулись живыми, но с подорванной психикой.

Виктор Солоха, житель деревни Пустынь, попал на Афганскую войну в числе первых 28 декабря 1979 года. О том, что их перебрасывают в Афганистан, не знал никто. Когда пересекли границу, поступил приказ: «Пристегнуть магазины, вставить запалы в гранаты, мы на афганской территории, на выстрел отвечать шквальным огнём».

В первом же бою из 120 человек батальона в живых остались лишь 7, которых доставили в госпиталь. После лечения всех распределили в разные части, и лишь в наши дни Виктор смог найти двоих из своих первых боевых товарищей.

-Самое страшное воспоминание о той войне - это не душманы и боевые операции, в которых я принимал участие, - вспоминает Виктор Васильевич, - а ужасный невыносимый голод, преследовавший нас всё время.

В то время на незнакомой земле боевые части располагались прямо посреди равнинных пустынь и в горных ущельях. Ни казарм, ничего не было, одно название - часть. Солдаты жили в окопах и землянках, без кроватей и матрасов, спали, завернувшись в шинель. Обеспечения армии не было, солдаты умирали не в бою, а от голода.

-Самый страшный неописуемый ужас – это голод. Нам давали на весь день сухарик и фляжку с водой. Из-за голода много ребят погибло. Помню, как однажды несколько солдат не выдержали и пошли в соседнюю деревню за едой. Утром их тела мы обнаружили неподалёку, – с горечью рассказывает Виктор Васильевич. – За весь год и два месяца моей службы нам ни разу не удалось помыться или сменить одежду. Все страшно завшивели.

Между тем нужно было выполнять боевые задачи: захватывать кишлаки, банды...

-Однажды мы ехали на операцию в Мармоль Маймане, - вспоминает Виктор Васильевич. (Нужно сказать, что непривычными на слух названиями населённых пунктов он сыплет так, как будто только вчера оттуда вернулся). - Наша колонна проходила через горное ущелье, с другой стороны нам навстречу загнали огромное стадо коров и ишаков, порядка 1000 голов, чтобы преградить передвижение. А сверху - отвесные скалы, и с них - огонь гранатомётов. Прозвучала команда: «Головным танкам не останавливать движение – давить стадо». Такого животного ужаса я в жизни не слышал.

Колонна включала в себя все рода войск и более 100 единиц техники: танки, боевые машины пехоты, бронированные транспортёры, артиллерийские орудия и путепрокладчик БАТ.

Через несколько дней колонна возвращалась после боевого задания через это же ущелье, смрад стоял такой, что не спасал даже противогаз. Этот тлетворный запах настолько впитался даже в броню танков, что солдатам было тошно к ним подходить.

Каждый прошедший через войну в Афганистане хранит в своей памяти не только часы боя, но и отдельные эпизоды, запавшие в душу и сердце навсегда. Будь то первые впечатления ощущения чего-то непривычного, незнакомые пейзажи.

Виктор Васильевич вспоминает землю, с которой по 3-4 раза в год можно снимать урожай, дневные температуры – до +40, а ночью – до -50, как спали, завернувшись в шинель. Вспоминает чёрные ночи, когда звёзды находятся так близко, что кажется можно дотянуться рукой.

-Мы спали по несколько часов в сутки, засыпали только тогда, когда зачинался рассвет, в 5-6 часов, и до 9-10, когда солнце начинало жечь. Ночами спать было смертельно опасно - вокруг шныряли ловкие душманы и озлобленные жители, - делится Виктор Солоха. – Писать письма домой о том, где находишься, было запрещено. О фотографиях вообще речи быть не могло. Мама больше полугода обивала пороги военкомата, пытаясь узнать, почему сын не пишет. Когда писать разрешили, каждая весточка проходила через сито цензуры... Возвращаясь домой, не веря, что вырвался из этого ада, я дал другу слово, что поставлю памятник всем своим погибшим товарищам, чтобы люди помнили.

Первые годы войны, в жернова которой попал Виктор, были сложными и суровыми. Когда вернулся в родную деревню, ещё год-два его не отпускало страшное напряжение, неужели это всё кончилось?! Первый месяц ложился спать в кровать, а утром просыпался на полу, обернувшийся в одеяло, как привык это делать в окопе.

Наград за участие в боевых действиях у сержанта запаса Виктора Васильевича Солохи нет. Но он не сетует, а старается жить, надеясь на себя и свою семью.

Отрадно, что установленный им в д. Пустынь памятник боевым товарищам в дни народных праздников покрывают живые цветы от благодарных матерей, родственников воинов-интернационалистов, молодёжи и простых людей, которые бывают в потаённом святом пустынском месте.

Ольга ЛЕБЕДЕВА.
Фото Марины Самойловой.
Газета «Искра»
от 15 февраля 2019 года.

Полковник милиции в отставке Геннадий Малышев, создавший в 1993 году в Череповце ОМОН, за годы двух чеченских кампаний выезжал в «горячие точки» восемь раз:

-Не верьте тому, кто скажет, что на войне не страшно. Ощущать каждую минуту, что любая пуля или снаряд может оборвать твою или чужую жизнь, очень страшно. Особенно, когда понимаешь, что ребята, которые рядом с тобой воюют, - чьи-то сыновья и мужья, именно они главные кормильцы и поддержка в семьях. Но они оставили своих близких, чтобы защитить мир, не дать террористической заразе распространиться...

Полковник милиции в отставке считает, что молодому поколению обязательно нужно знать историю своей страны, поэтому так важна связь поколений.

(По материалам «Красного Севера»
(№ 83, 1 августа, 2018 г.).